Опубликованные рецензии являются собственностью их авторов и предоставлены ресурсу на безвозмездной основе. Полная или частичная перепечатка содержимого сайта/рецензий на интернет ресурсах разрешается с указанием оригинального авторства и гиперссылки на оригинал. Полная или частичная перепечатка материалов сайта/рецензий в любых оффлайновых (печатных) изданиях разрешается только после предварительного согласования с владельцем ресурса. По всем вопросам и предложениям пишите — serega_m@cult-cinema.ru.

КИНООБЗОР

- Мультфильм «Босс-молокосос» возглавил русский прокат по результатам выходных
- Скончался артист из фильма «Мэри Поппинс, до свидания»
- Самые популярные игровые автоматы онлайн-казино
- Моника Белуччи будет вести церемонию открытия и закрытия Каннского кинофестиваля
- В выходные в 6 кинозалах столицы пройдут бесплатные показы

РЕКЛАМА НА САЙТЕ

Рекомендуемое минимальное разрешение для комфортного просмотра содержимого этого ресурса — 1024 на 768 пикселов.

Наши партнеры

Christine / Кристина (1983)

Christine Poster 1 Christine Poster 2 Christine Poster 3 Christine Video Cover 1 Christine Video Cover 2 Christine Video Cover 3 Christine Video Cover 4
Она очарует тебя. Потом уничтожит тебя. Она — смерть на колесах. Она ...
Как только она заманит тебя к себе за руль... Ты весь ее.
Корпус Плимута. Душа Сатаны.
Соблазнительная. Страстная. Притягательная. Познакомься с Кристиной... Твоей девушкой — машиной.
В аду нет большей фурии... чем Плимут 1958-го года.
Как ты убьеш нечто, что никогда и не было живым?
В главных ролях:

Keith Gordon

John Stockwell

Alexandra Paul

Robert Prosky

Harry Dean Stanton

Кит Гордон (Keith Gordon) ... Арни Каннингем (Arnie Cunningham)
Джон Стоквел (John Stockwell) ... Денис Гилдер (Dennis Guilder)
Александра Пол (Alexandra Paul) ... Ли Кэбот (Leigh Cabot)
Роберт Проски (Robert Prosky) ... Уил Дарнел (Will Darnell)
Гарри Дин Стэнтон (Harry Dean Stanton) ... Детектив Рудольф Джанкинс (Detective Rudolph Junkins)
Режиссер:

John Carpenter

Джон Карпентер (John Carpenter)
Пока дзен-буддисты угорают по концепции «всё вокруг – пустота, принявшая форму», бледнолицые сосредотачивают своё внимание на каждом изгибе этой самой формы. Ведь через долгую и занудную проработку дизайна удаётся наделить вещь векторами эмоций. Нежный, агрессивный, напористый, брутальный, женственный – все эти черты, изначально свойственные живому организму, можно передать через линии и изгибы. Весьма абстрактное, на первый взгляд, вступление играет заметную роль в нашей сегодняшней дискуссии, но путь к ней мы бы хотели начать очень издалека, так как часть интересующей нас информации лежит в эфемерном и липком мире моды.
В 20-е годы фэшн-диктатура задвинула женственность самок человека на задний план. В арьергарде теперь хозяйничали пубертатные мальчишеские фигуры и спортивный стиль. Корсеты и кринолин утонули, как «Титаник», зато пышным цветом расцвёл прямой покрой, шорты и разноцветные пижамы, в которых тян щеголяли по улицам и на пляжах. 30-е немного разбавили пацанок облегающими платьями с огромными вырезами – спасибо киноиндустрии! А потом грянула Вторая Мировая, и женщинам пришлось активно вкалывать на заводах, а наряжаться в пух и прах после смены у них уже не было ни сил, ни причины. Так бы всё и продолжалось, наверное, до середины 50-х, если бы не ушлый Кристиан Диор (Christian Dior), который как-то в 47-м встал да и гаркнул во всё горло: «Заебали эти бабцы с плечами боксёра, талией макивары и натянутой поверх униформой! Хочу нормальную женщину!». И давай клепать платья всяческие, не жалея ни сил, ни материала. Наряды Диора так и манили роскошью, что для заёбанного униформой бабья 40-х было подобно глотку свободы. Критики, конечно, и тут нашлись: из-за обилия материала некоторые платья весили по нескольку десятков килограмм, а плотных скво приходилось засовывать в корсет, чтобы те могли помодничать.
Затхлое дыхание войны коснулось не только моды в одежде; любимые игрушки для мальчиков ждал свой «new look». Плотно задумываться о дизайне америкосы начали ещё в 20-х – спасибо дяде Харли Эрлу (Harley J. Earl) и его концепт-кару (первому в мире, надо сказать) Buick Y-Job. Но по-настоящему всё это дело раскрылось только в 50-е: громадные фулл-сайзы, невероятное количество хрома, космические сопла и плавники, плавники повсюду! И разумеется, всё это великолепие приводилось в движение восьмицилиндровыми моторами!
Детройтская компания Chrysler хоть и считалась гигантом, но вечно шла далеко позади General Motors и Ford – именно они диктовали моду в автомобилестроении, а «Крайслер» неизменно пытался выползти на роль третьей силы. Безуспешно: с каждым годом модели компании казались всё более отсталыми на фоне конкурентов, повергая боссов автомобильного гиганта в пучину депрессии.
Баланс сил нарушил дизайнер Вёрджил Экснер (Virgil Exner), породивший направление «Forward Look» («Взгляд вперёд»), отличавшийся и агрессией, и изяществом, и стремительностью линий. Этот подход вобрал в себя автомобиль – главный герой нашей беседы. Знакомьтесь, Plymouth Fury!
Конструкторы взяли за основу Plymouth Belvedere и довели до ума напильником: переделали интерьер, поработали с бамперами, полностью исключили из уравнения седаны – только двухдверный хард-топ! Автомобиль был нашпигован хромом снаружи, а внутри водителя ждала металлическая отделка. Даже само название – Fury, то есть ярость (плюс аллюзия на древнеримскую Фурию, богиню гнева и мести) – было продуманным маркетинговым ходом. В стандартной модификации в авто стоял восьмицилиндровый блок на 5.2 литра с двумя четырёхкамерными карбюраторами. Такой движок выдавал 290 л/с при 5200 об/м. Это мы говорим о моделях 56-57-х годов. А в 58-м появилась новая фишка: 305-сильный Golden Commando объёмом 5.7 литра. Весьма мощный для 50-х: он разгонял двухтонного монстра до 100 км/ч меньше, чем за 8 секунд, а предел скорости кончался на отметке 240 км/ч... Shock and aw...
Вот про такую вот дуру Стивен Кинг (Steven King) решил сочинить роман, а Джон Карпентер взялся его экранизировать. И как «тру-мустанг» ассоциируется у автодрочеров исключительно с Элеонор, так и Plymouth Fury получил своё собственное имя, Кристина...
Сразу оговоримся: мы рассматриваем экранизацию как отдельное произведение, без привязки к роману Кинга. Поэтому сравнение фильма с книгой будет минимальным. Забудем о Короле и сосредоточимся на Плотнике!
Для начала мы быстренько пройдёмся по фабуле картины. Знакомьтесь, Арни Каннингем – типичный американский задрот. Очки, прыщи, робость, пиздюли от сверстников, френдзона от кукольных старшеклассниц. У Арни есть лишь одно преимущество перед другими нёрдами – это его лучший (и единственный) друг Денис Гилдер, который может и до школы подкинуть на своём «Чарджере», и вступиться за кореша в тёмном переулке, а ведь когда друзья делят пиздюли пополам – это уже не так обидно.
Знакомый персонаж? И вот юный Каннингем находит себе res omnis aetatis – старый раздолбанный Plymouth Fury 58-го года. Странный старикашка готов отдать его за гроши – ну чем ни сделка всей жизни? Весь свой энтузиазм Арни вкладывает в автомобиль, который сияет ярче, чем в тот день, когда сошёл с конвейера. Да и сам Каннингем преобразился: он выкинул очки в помойку, замутил с лучшей тёлкой в школе, об которую обломали зубы все местные альфа-самцы, научился стоять за себя – ни дать ни взять человек-успех. И машина ему под стать: красная с белым красавица (на заводах таких не делали – они все были уныло-бледными), чьи агрессивные линии и классические формы до сих пор вызывают целый вихрь чувств, на зависть даже самым роковым детройтским красоткам. Разумеется, Кристина – не простой автомобиль: это машина смерти, которая уничтожит любого, кто попытается встать между ней и её возлюбленным драйвером. А если водитель вдруг решит сместить её с пьедестала своих приоритетов... Да поможет Бог такому безумцу!
Как видим, сюжет интересен, хоть и прост. В контексте книг Стивена Кинга он даже банален: библиография маэстро ужасов переполнена всемогущими текст-процессорами, взбесившимися грузовиками, кровожадными сушилками и прочими техно-монстрами. Причём в отличие от японцев, которые адаптируют под хоррор высокие технологии, Кинг любит, чтобы объект был олдскульным, отслужившим свой век, зато с богатой историей. Но нас в этой истории интересуют два мотива: преображение главного героя и обладание вещами, которые в итоге обладают тобой.
Образ задохлика, которого загоняют в такой тёмный угол, что он сам превращается в доминатора, пожалуй, один из самых интересных в кинематографе. Он требует соответствующей постановки, бэкграунда, развития, чёткого и красочного донесения до зрителя всех обстоятельств (именно донесения, а не показа), но требовательнее всего он к актёру. И в очередной раз в качестве эталона мы обращаемся к «Соломенным Псам» («Straw Dogs», 1971) — картине, полностью посвящённой этому вопросу. Кит Гордон, конечно, не Дастин Хоффман (Dustin Hoffman), но образ он донёс. В «Кристине» мы наблюдаем 3 стадии Арни: Каннингем-лузер, Каннингем-альфа и Каннингем-ноухопер. С Каннингемом-лузером всё понятно: его личность аккуратно стелиться под ожидания родителей, сворачивается в клубок в школе и периодически получает мотивацию для развития от кореша Денниса. Такой Арни всю старшую школу получал на орехи просто за то, что он слабее. Потом он поступил бы в колледж, там усердно бы учился, устроился бы на солидную работу и нашёл тихую леди со Среднего Запада. А дальше – дом в пригороде, две машины, два холодильника, лабрадор, парочка спиногрызов и всё такое. Но не сложилось...
Каннингем-альфа похож на человека, поражённого лишаем Жибера: всю его личность покрывают розовые пятна эгоизма, равнодушия, презрения и ненависти к окружающим. Но под ними скрывается всё тот же отзывчивый парень, с которым вы ещё только вчера беседовали по дороге домой. Арни легко вживается в новую роль доминатора: даром не нужно ему покровительство кореша, в жопу заскорузлые нравоучения предков, а каждый, кто на него косо посмотрит, заслуживает последствий, какими бы необратимым они ни были. Но чем дольше Каннингем идёт по этому пути, тем меньше поступков «старого доброго Арни» остаётся в его арсенале. В итоге, периоды психической стабильности неумолимо сокращаются, и вот Каннингем уже ополчился на весь белый свет. Обречённый, конченый человек. Без какой-либо надежды. Каннингем-ноухопер уже не мыслит в категориях реального мира. Он болезненно выглядит, от его улыбки хочется выпить уксусной эссенции, а его расшатанный разум больше не в состоянии нести ответственность за необдуманные поступки. Окаменелые обломки подсознания ещё цепляются за прошлое (общение с Денисом, звонки своей подружке Ли), но, по большому счёту, Кристина его уже выпила. Тем острее воспринимается произнесённая им фраза о том, что если двое по-настоящему любят друг друга, то никто и ничто не в состоянии их остановить. Это – чистая правда, но в устах Арни истина обретает пепельно-свинцовый деструктивный привкус.
Второй важнейший вопрос: кто кем владеет? Люди вещами или вещи людьми? И неслучайно этот вопрос сквозит в картине про автомобиль. Пожалуй, из всех объектов, которыми может владеть человек, именно личный автомобиль обладает таким мощным ореолом фетиша и культа. Ведь, по большому счёту, тачка – это консервная банка, задача которой сводится к транспортировке вас из точки А в точку Б. Однако разве кто-то рассматривает авто как четыре колеса и кузов? Нет-нет, каждая модель обладает своим собственным мифическим назначением, которое активно эксплуатируют рекламные ролики: идти по жизни альтернативным путём, поездка в закат, положа руку на атласное бедро белокурой красавицы; преодоление всего и вся, ощущение себя достойнейшим. А сколько культов создано вокруг автомобилей! Chevrolet Corvette, Cadillac Fleetwood, Ford Mustang, Porsche 911... Можно придумать целые направления в фетишизме, опираясь только на название модели (а то и на тип кузова)!
А в наш век консьюмеризма, когда о тебе судят по твоим вещам, когда покупка вещей – это и необходимость, и развлечение, когда мегамоллы напоминают мегаполисы будущего... Так вот, в наш век консьюмеризма люди добровольно сдают себя в рабство вещам. Ибо вещи невозможно приручить. У них нет психологии. Они не ведут переговоров и не идут на компромиссы. Они – всего лишь вещи. И люди вверяют свои судьбы культам, которые сами же и выдумали.
Кто-то скажет, что всё это надуманно, и в фильме ничего подобного ни разу нет. Но позвольте напомнить вам: хорроры – это рефлектор. Они отражают всё: страхи, настроения, моду, социальные аспекты. Не верите – почитайте интервью дяди Ромеро (George Romero), он любит прогнать и про социум, и вообще. Что касается «Кристины» — то это хорошее, приятное кино. До полноценного хоррора оно, конечно, не дотягивает (пришлось даже матюги специально добавлять, чтобы получить «пожёстче» рейтинг R), но в нём приятный и грамотно подобранный саундтрек, отличная музыка за авторством Карпентера, неторопливый нарратив, красивые машины, знакомые всем и каждому по реальной жизни типажи... и люди, сожранные вещами. Кстати, культ Plymouth Fury родился благодаря именно этому фильму. В своё время продавалась машинка неплохо, но за фетиш её никто не считал. Наоборот, ближе к ширпотребу. А теперь, когда говорят «Кристина», подразумевают Plymouth Fury 58-го. И наоборот. Всё-таки культ – это по-своему прекрасно. Господи, храни задротов! Спокойной вам ночи!

Автор: Максим Бугулов

Дата написания рецензии: 01/12/2015 | Комментарии (3)

Памятные цитаты:

нет :)

Дополнительные скриншоты:

Copyright for all of the graphic materials on this page belongs to its respective owners.

Оценка посетителей

Текущий рейтинг: 8.2 Голосов: 19

1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
 
     
Идея проекта/творческая составляющая/тексты — Сергей Меренков © 2004-2017.

Яндекс цитирования

 
На главную Рецензии F.A.Q. Дополнительные материалы Форум Ссылки О Проекте